Юго-Восток Европы. Бронзовый век Русов европейского Средиземноморья.

В начале 3 тыс. до н.э. в южных областях Европы и в Средиземноморье возникли культуры бронзового века. Наиболее интересны раннеминойская культура на Крите, культура бронзового века Фракии, раннефессалийская культура Фессалии, раннеэлладская (условное название) культура Греции, раннемакедонская культура (нижний Вардар), раннеэгейская культура Эгеиды.
Все они близки и родственны культурам Анатолии, в частности Трое.
Области русов-трипольцев тесно соседствовали с родственными археологическими культурами Гумельница, Вэдастра, Лендьел, Петрешть, Винча, Караново, Боян и пр. В начале 4 тыс. до н.э. эти цивилизации (в трансформированном виде) охватили значительно большие пространства — Нижнее Подунавье (Дудешть, Хаманджия, Варна, Гумельница), почти весь Карпатский бассейн (Лендьел, Петрешть, Тисаполгар), Молдавию и часть Украины (Триполье-Кукутени).
Эта цивилизация не была государственным образованием и не имела единого центра. Она не была цивилизацией одного рода. Но она имела общие черты, объединяющие её. Это была европейская цивилизация юго-восточных родов суперэтноса русов. Не столько выходцев с Ближнего Востока и Малой Азии, сколько уже сложившихся под их влиянием местных родов русов-индоевропейцев. В экономическом и социальном отношении она стояла выше остальной Европы. И эту цивилизацию можно назвать циркумбалканской (то есть «вокругбалканской»).
Балканы и Северный Кавказ — вот два основных культурно-социальных и экономических центра, которые господствовали в Европе в 4—3 тыс. до н.э. Третий общепризнанный центр на Пиренеях всё же не достигал таких высот. Чем различались эти два основных европейских центра концентрации родов суперэтноса?
Северный Кавказ и южнорусские степи Северного Причерноморья являлись крупнейшим ареалом концентрации полукочевых, степных родов русов-индоевропейцев, тех кого мы знаем как «классических» индоевропейцев, впервые приручивших лошадь (как верховую и тягловую силу; в качестве мясного скота она использовалась и ранее на Балканах, Пиренеях, в Триполье; русы-степняки впервые оседлали лошадь) и расселившихся по всей Евразии. В циркумбалканской зоне шла не первое тысячелетие концентрация оседлых родов русов, земледельцев, скотоводов, металлургов.
В этом было основное различие двух центров суперэтноса русов Европы. А в целом это даёт нам основание говорить о распаде большого европейского этно-культурно-языкового ядра суперэтноса на две основные исторические общности русов Европы, циркумбал-канскую и северокавказскую-севернопричерноморскую, и одну малую — пиренейскую общность.
В 3 тыс. до н.э., в эпоху Великого расселения родов суперэтноса русов по Евразии, именно они играли значительную роль в глобальном процессе.
Мы рассмотрим сначала циркумбалканскую общность русов, с одной из составляющих которой, а именно Трипольем-Кукутени, мы уже знакомы.
Мы называем русов циркумбалканской общности оседлыми, потому что их роды порой столетиями (некоторые тысячелетиями) оставались на одном месте, обрабатывая землю и разводя скот. Но выселки из этих родов, малые роды-племена уходили и на север, и на запад, и на восток, расселяясь по Европе, принимая участие в Великом расселении родов суперэтноса.
Осёдлые русы-земледельцы Балкан, Прибалканья и Подунавья оставили мощные «жилые» напластования многометровой толщины. Эти напластования почти ничем не отличаются от холмов-теллей на месте поселений Сурии-Русии-Палестины. Наиболее характерны «жилые» холмы-телли нижнедунайской культуры Болгарии, Винча в Югославии, Турдоша в южной Венгрии. В то время, когда Триполье вступает в свой поздний период, на Нижнем Дунае возникает археологическая культура Чернавода-1, занимает Добруджу (Добрушу) и долину Дуная. Разумеется, ничто из ничего не берётся. Один из родов-выселков русов (а скорее всего, смешавшиеся-объединившиеся роды-выселки с Балкан, из Гумельницы и Триполья) достигают определённого уровня в Чернаводе-Добрудже, упрочают свою родовую общность и в свою очередь сами начинают расселяться (давать выселки), оттесняя роды русов Гумельницы в каменистую область Валахии.
Русы Чернаводы селились на возвышенностях в крупных поселениях. Часть из них не имела укреплений, другая была хорошо укреплённой. И это опять говорит нам о том, что каждый род, каждая община русов (и не только чернаводцев) приспосабливалась к конкретным условиям, сохраняя общие традиции суперэтноса. Интересно, что в керамике русов Чернаводы перемешены характерные детали керамики русов-степняков южнорусских степей и русов Анатолии. Странно? Нет, вполне естественно, иначе и быть не могло. Роды Чернаводы жили на пересечении путей, которыми шли выселки из родов Северного Причерноморья и Малой Азии. И не только оттуда… Если начнём анализировать всю утварь и традиции, скажем, русов-чернаводцев, то мы выйдем на все окрестные роды суперэтноса последних трёх тысячелетий, а через них на общую макротрадицию проторусов-прарусов-русов («кроманьонцев»-бореалов-индоевропейцев). И от этого никуда не уйти.
В сугубо научных изысканиях не принято ссылаться на «ветхозаветные тексты», но суть их неопровержима: изначально был один народ и один язык. Суперэтнос Русов и язык Русов. Всё прочее есть лишь попытки пересмотра всемирной истории с позиций одной из молодых народностей или группы таковых (немцев, итальянцев, евреев и т.д.) Эти попытки начали делаться сравнительно недавно, с XVII—XVIII вв. н.э., до этого в течение тысячелетий в существовании первонарода и первоязыка никто на планете не сомневался.
В 3 тыс. до н.э. суперэтнос русов ещё не вычленил ни данные молодые народности, ни предшествующие им предэтнические общности. И потому, говоря о значимых «археологических культурах» Евразии, мы можем подразумевать под ними только роды и общности суперэтноса. «Археологические культуры», оставленные в ту же эпоху реликтовыми предэтносами Европы, малозначительны, это, по сути, мезолитические культуры, которые абсолютно не влияли на исторический процесс, как не влияют на него сейчас племена джунглей Амазонки и аборигены Австралии. Но на сами роды русов, на их этноантропологические признаки реликтовые племена влияли. Процесс гибридизации, постепенной и естественной, шёл ещё с 40—35 тыс. до н.э., шёл беспрерывно. Ему в основном мы и обязаны некоторыми различиями в среде европеоидов не только Европы, но и Евразии.
Но в значительно большей степени шёл процесс смешения родов, племен, семей самих русов разных областей. И потому слияние части родов Чернаводы-1, Гумельницы и выходцев с юга (русы и русы-средиземноморцы с негроидными примесями) породили уже новые роды русов, «культуру» Чернаводы-3. В этих родах не было свежего притока из южнорусских степей и Северного Кавказа. И потому мы видим, что поселения новых русов-чернаводцев хотя и господствуют над местностью, но не имеют никаких оборонительных укреплений. Жилища делают из плетёнок, обмазанных глиной. Всё больше разводят лошадей. Возможно, лошадей приводят незначительные пока выселки с востока, из южнорусских степей. Процесс расселения выселков ведёт к процессу наложения местных традиций, обычаев, нравов в макротрадиционной среде суперэтноса.
Южная Европа клонится то в одну, то в другую сторону: практически безопасная жизнь прежних тысячелетий, древние традиции склоняют к открытой, мирной жизни; новые реалии, приходящие с Северного Кавказа через Северное Причерноморье или Малую Азию, заставляют жить настороже. Старая Европа борется с новой, молодой Европой… и те, кто не понимает нового уклада, а точнее, «нового порядка», который волей-неволей несут русы-степняки, начинают уступать, проигрывать.
Начинается процесс ускоренной милитаризации Европы: укрепления городищ становятся всё более надежными и мощными, изготавливается всё больше оружия… И хотя следов прямых боевых столкновений крайне мало, сам приход полукочевых родов русов приносит в Европу напряжение, ожидание таких столкновений. Русы-степняки, оседая на новых местах или вливаясь в уже существующие городища русов, отгораживаются от внешнего мира валами и рвами. Они отнюдь не «белокурые бестии», истребляющие всех подряд на пути. Они в первую очередь сами ждут нападения. Жизнь в предгорьях Северного Кавказа под ежедневной угрозой набега воинственных горских племён (гибридных архантропов) и частичное (незначительное) смешение с воинственными горцами породили особые привычки и особый уклад жизни родов Северного Причерноморья. Русы этих родов более осторожны, недоверчивы и агрессивны, чем русы циркумбалканской зоны. Выдерживать конкуренцию с ними крайне трудно.
И всё же русы-чернаводцы не исчезают. Их роды трансформируются и становятся основой болеразской или протободенской археологической культуры. Новые роды-выселки русов медленно, очень медленно, продвигаются на север. Они основывают поселения на берегах рек (Карпатский бассейн и далее), выбирая самые лучшие места для земледелия и скотоводства (крупный рогатый скот и свиньи). У них появляется трупосожжение. Тело сжигается, пепел накрывается круглым сосудом-миской, над ней насыпается маленький курган.
Обряд захоронения меняется при полной генетической преемственности культур. Казалось бы, археологи могут говорить о смене самих «носителей культур», о смене протоэтносов? Был один народ, стал вдруг другой — «вышел» откуда-то (как принято в «классической» схеме). Нет, род-носитель остался тем же самым, это подтверждается антропологами и археологами. Но обряд погребения сменён. Ничего странного в этом нет.
Традиции суперэтноса русов уходят в глубь времён на десятки тысяч лет. Род на родине, на постоянном месте это одно, род в движении, во время переселения — это другое. В любой культурной традиции есть понятие об обыденном ходе вещей и об экстремальных ситуациях, для последних закон иной, особый. И с этим мы сталкиваемся постоянно.
Болеразская культура русов Карпатского бассейна в свою очередь во второй половине 3 тыс. до н.э. дает жизнь родам обширной Боденской культуры (при вливании русов Северного Причерноморья и, возможно, Анатолии). Теперь роды-выселки русов из Чернаводы и Карпат оседают на Среднем Подунавье, в Закарпатье, Малополыпе. Ход вещей нормализуется, становится обыденным. И по всему ареалу расселения русов Боденской культуры наряду с привившимся трупосожжением восстанавливается традиционный обряд трупоположения.
Русы Боденской культуры встречаются с русами культуры «шаровидных амфор» (о них мы расскажем позже), прарусами Центральной и Восточной Европы. Разные культуры? Разные народы? Вовсе нет. Безусловно, есть отличия. Но сходного больше. Потому что общие традиции суперэтноса сильнее местных обычаев и привычек. И русы-боденцы (индоевропейцы) и русы-«шаровидники» (бореалы) имеют множество сходных культурных черт, в том числе и обрядовое захоронение быков (земледельческо-скотоводческий культ Волоса).
Одни традиции, один язык, одна антропология (у боденцев больше средиземноморская примесь, что естественно). Есть различия. Но их ещё недостаточно, чтобы говорить о вычленении самостоятельных этносов-народов. Пока это ещё только роды одного суперэтноса, хотя их предки разошлись тысячелетия назад. Более того, русы-боденцы, уходя на север, теряют многое приобретённое на «цивилизованном» юге. В их погребальном инвентаре становится намного меньше медных изделий.
Всё это говорит о сохраняющемся и в конце 3 тыс. до н.э. неравномерном развитии Европы. И ещё о том, что её очень трудно делить на отдельные зоны, области, регионы, потому что постоянно идущее расселение родов суперэтноса русов не только каждое тысячелетие, но и каждый век меняло обстановку. Это лишь историкам-«библеистам» и романо-германским «классикам» кажется, что Древний мир это школьная карта с начертанными на ней названиями народов (как правило, перепутанными и искажёнными даже для одной какой-либо эпохи). Реальная карта есть не плоскость, а объём с временной шкалой. Но даже объёмная реальная карта есть лишь часть проекции Древнего мира в этом объёме, потому что не все точки спроецировались в данную карту, не все остались.
Надо заметить, что «классикам-библеистам» проще — они предлагают публике пусть неверную, кривую, но более доходчивую для среднего ума плоскую карту-версию.
*
Ю. Д. Петухов.



Коментарии

Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.